Translation of Poem by Igor Chinnov, Игорь Чиннов, "Motifs décoratifs"

 

 Игорь Чиннов
(1909-1996)

 

Motifs décoratifs, et non but de l’Histoire
                                                           Jules Laforgue
 
Черная птица на черном и снежном суку —
иероглиф печали.
Черный репейник в снегу —
идиограмма зимы.
 
Тени, твоя и моя, на белом сугробе —
граффити молчанья.
 
Треплются черные ветки кустов и деревьев.
Как беспокойна
китайская каллиграфия зимнего сада
и как беспредметна —
абстракция света и снега.
 
[«Композиция» Париж: Рифма, 1972, стр. 60]
 
d
 
                                            Literary Translation/Adaptation by U.R. Bowie
 
Motifs décoratifs, et non but de l’Histoire
                                                           Jules Laforgue
 
 
A black bird on the black and the snow-spattered earth—
a hieroglyph of sorrow.
A black burr of burdock in snow—
an ideogram of winter.
 
Shadows, yours and mine, on a white bank of snow—
graffiti of silence.
 
Black branches of bushes and trees all aflutter.
How restless
the Chinese calligraphy of that winter garden
and how objectless—
an abstraction of light and of snow.
 

Translation of Poem by Igor Chinnov, Игорь Чиннов, "Утоли мои печали," ASSUAGE MY SORROWS

                                                         Icon "Assuage My Sorrows"

Игорь Чиннов
(1909-1996)

 

Утоли мои печали
Летним ветром, лунным светом,
Запахом начала мая,
Шорохом ночного моря.
 
Утоли мои печали
Голосом немого друга,
Парусом, плечом и плеском.
 
Утоли мои печали
Темным взглядом, тихим словом.
 
Утоли мои печали.

[from the collection «Партитура» Издание «Нового журнала» Нью Йорк, 1970, стр. 25]

 
d

                                                    Literary Translation/Adaptation by U.R. Bowie

                                                        O Mother of God, Assuage My Sorrows
 
Spread a soft balm on my most poignant sores,
With summer breeze, with moonlight ray,
With scents and smells of early May,
With break of waves on midnight shores.
 
Spread a demulcent on teeth when they gnash,
With the voice of my silent and speechless friend,
With sail, warm shoulder, and gentle sea-splash.
 
Spread an emollient on joys deferred,
With sombre glance and quiet word,
 
Spread assuagement on my pain.

 

 

Игорь Чиннов, 30 Лет Thirty Year Anniversary of Igor Chinnov's Death, Myriads of Stardust "И мириады звезд, и мириады лет"

 

30 Лет со Дня Смерти Игоря Чиннова

May 21, 1996--May 21, 2026

Игорь Чиннов
(1909-1996)

 

И мириады звезд, и мириады лет,
И тишина с небес, и серебрится свет.
 
И только этот мир, и только эта ночь,
Когда ручей, с горы — как замерцавший луч.
 
И полусвет лежит, как синеватый снег,
На темноте полей, у серебристых рек.
 
И озаренный мост, и почернелый холм,
И за холмом, в луче, автомобильный хлам —
 
Я не забуду, нет, я не хочу забыть.
Я не позволю, нет, меня навек зарыть,
 
Пока мерцает ночь, пока светает здесь,
Пока и тень и свет на белом свете есть.
 
[«Композиция» Париж: Рифма, 1972, стр. 91]
 
 
d

                                                   Literary Translation/Adaptation by U.R. Bowie
 
And myriads of stardust, and myriads of years,
Naught but silence in the skies and silver hue of tears.
 
And nothing but this world, and only this one night,
When a stream from the hills sends down fluttering light.
 
And some half-brightness lies, like azure-blue-toned snow,
On darkness of the fields, by rivers silver-slow.
 
And bridge in coruscation, and hill in blackest murk,
Beyond the hill, illumined, a junkyard, crud, earthwork;
 
I’ll not forget, no, never, recall time and again,
I’ll never let them bury me forever and amen,
 
As long as nighttime glistens and daytime’s waters fizz,
As long as shade and lambent light on God’s green world still is.

 

Translation of Poem by Igor Chinnov, Игорь Чиннов, "Вот, живешь: суета, нищета" THE CRAPSHOOT

 

Игорь Чиннов

Igor Chinnov
(1909-1996)

 

From little womb eke to little tomb.
In the name of the Great Whale, then,
Be hale and whole! Amen.
                                         Lawrence Durrell
[перевод И. Чиннова:
Из маленькой матки – к мелкой могилке.
И, значит, во имя Большого Кита,
Будь жив и здоров! Аминь.]

 

Вот, живешь: суета, нищета.
Только тщетно считаешь счета,
Только видишь, что сумма не та;
 
А умрешь – темнота, немота,
И такая, мой друг, пустота,
Будто ночью под аркой моста.
 
Ни людей. Ни чертей. Ни черта.

 

[«Композиция» Париж: Рифма, 1972, стр. 27; this poem originally published in the collection titled «Монолог» (1950), without the final line and epigraph]

 

 

d

 

Literary Translation/Adaptation by U.R. Bowie

                              

                               The Crapshoot
 
Here you are living: pure fuss and poormouth,
You tote up your bills, they’re all southwest by south,
You’re shortchanged and rooked; things don’t add up to ought,
 
Then you die, merge with gloom and murk, dim shadows mute,
And emptiness, friend, one big sorry crapshoot,
Like a night sleeping homeless, outdoors, destitute,
 
Sans companions, sans devils, sans naught.
 

 

d

 

Translator’s Note

 

You might call this poem one more of Igor Chinnov’s on his favorite theme: “Life’s a bitch/beach, and then you die.”

 

From the Internet

 

Поэт родился в Латвии, в семье русских эмигрантов, покинувших Россию в 1920-е годы, учился в русской школе. В 1939 г. окончил юридический факультет Латвийского университета. Стихи писал с юности, сотрудничал с эмигрантским журналом "Числа". В годы Второй мировой войны был угнан немцами на работу в Германию. После войны жил во Франции, печатался в русских эмигрантских изданиях. С 1953 г. жил в Германии, работал на радиостанции «Свобода». С 1962 г. жил в США в качестве профессора русской словесности преподавал литературу в нескольких университетах. Автор поэтических книг: «Монолог» (1950), «Линии» (1960), «Метафоры» (1968); «Партитура» (1970); «Композиция» (1972); «Пасторали» (1976); "Антитеза" (1979); "Автограф" (1984) и др. В Россию приезжал в 1992 и 1993 годах, выступал на творческих вечерах; его стихи публиковались в «Новом мире», «Литературной газете», «Огоньке».
     Игорь Чиннов ушёл из жизни 21 мая 1996 года, во Флориде; согласно завещанию похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище (11 уч.). Могила у самой дороги.

Translations: The Bestest of the Best, SEVENTEEN, Igor Chinnov, Игорь Чиннов, OUR HEARTS WILL COWER

 

Игорь Чиннов

 

Igor Chinnov
(1909-1996)

 

Сердце сожмётся – испуганный ёжик –
В жарких ладонях невидимых Божьих.

Ниточка жизни – лесной паутинкой,
Летней росинкой, слезинкой, потинкой.

Листья в прожилках, как тёмные руки.
Время грибное, начало разлуки.

Лично известный и лесу, и Богу,
Листик летит воробьём на дорогу.

Вот и припал, как порой говорится,
К лону родному, к родимой землице.

Крыша, гнездо. И стоит, будто аист,
Время твоё, улететь собираясь.

Скоро в ладонях невидимых Божьих
Сердце сожмётся – испуганный ёжик.

 

From the collection Пасторали (Pastorals: Sixth Book of Verses), Paris: Rifma Publishers, 1976, p. 10

 

 

                                  Literal Translation
 
A [the] heart will cower—a frightened little hedgehog
In the hot invisible palms of God.
 
A thin thread of life—in a spider web in the woods,
In a summer dewdrop, a teardrop, a sweat drop.
 
The leaves have veins, like dark hands,
It’s mushroom time, the beginning of separation.
 
Personally known, both to the woods, and to God,
A tiny leaf flies like a sparrow onto the road.
 
And now he has landed, as it’s sometimes said,
On the native bosom (lap), on a dear spot of earth.
 
A roof, a nest, and standing, like a stork,
Is your time, getting ready to fly off.
 
Soon in the invisible palms of God
A [the] heart will cower—a frightened little hedgehog.
 
 
d
 
                                      Literary Translations/Adaptations by U.R. Bowie
 
                                           1
 
Our hearts will cower—frightened hedgehogs—
In the hot sweaty palms of the otiose gods.  
 
Thin thread of life, in a drenched cobweb’s wet,
In a dewdrop of summer, or a teardrop, or sweat.
 
At the mushroomy time when departures are planned,
The leaves bulge with veins, like a dark human hand.
 
A personal friend of the woods, and of God,  
A sparrow-like leaf flies out over the sod,  
 
Then softly drifts down in a sweep of pure mirth  
To the lap of the land, to his dear native earth.
 
A rooftop, a nest, and Our Time stands aloft,
Like a stork with a plan before long to fly off.
 
All too soon in the palms of the otiose gods
Our hearts will cower—frightened hedgehogs.
 

                                       2

Your heart will cower—frightened hedgehog—
In the hot sweaty palms of an otiose God.
 
Thin thread of life, in a drenched cobweb’s wet,
In a dewdrop of summer, or a teardrop or sweat.
 
At the mushroomy time when departures are planned,
The leaves bulge with veins, like a dark human hand.
 
A personal friend of the woods, and of God,
A sparrow-like leaf flies out over the sod,
 
Then softly drifts down in a sweep of pure mirth  
To the lap of the land, to his dear native earth.
 
A rooftop, a nest, and Your Time stands aloft,
Like a stork with a plan before long to fly off.
 
All too soon in the palms of an otiose God
Your heart will cower—frightened hedgehog.